Боже , спаси короля ( 2000 ) - одна из 54х новелл  В. Лазарева - Парголовского , опубликованная СМИ " Красное и Белое " , а также в интернете и в  электронной книге  "Приколы Парголовских Дураков " .Спб , ФиЦ, 2012 .ISBN 978-5-600-00043-8 . 

Новелла № 42 . Боже , спаси короля .

Фрагмент 18 (198), май 2000

     Мне исполнилось всего 54 года, когда я стала невольной свидетельницей падения Константинополя в 1453-ем. Вновь Новгород. 1460 год, я села на корабль ганзейских купцов и добралась вначале до Любека, а затем и до Лондона. Тем временем, славная история Новгородской республики близилась к закату, как сказал Карамзин о 1478-ом: “Здесь умолкает особенная история Новгорода”. Московские дружины Ивана III вошли в Господин Великий и огласили Крестоцеловальную грамоту свободному люду: “Чтобы в Новгороде было как в Низовской земле, на Москве, а вечевому колоколу во вотчине нашей не бытии, а государство все нам держать”.

     Под именем леди Фекола меня закрутил водоворот удивительных событий на фоне известной всем войны Алой и Белой роз. Итак, короля Генриха VI Ланкастера вновь охватило безумие, и борьбу с Белой розой возглавила королева Маргарита. В конце 1460 года в жестокой и кровопролитной схватке у ворот королевского замка погиб предводитель Белой партии – Ричард Йорк, вместе с ним покинули наш мир его любимый сын и многие знатные бароны. Голова погибшего Йорка, увенчанная бумажной короной, стала страшным украшением городской стены. Однако в Лондоне горожане провозгласили новым королем старшего сына погибшего “белого” графа – Эдуарда IV. Ему удалось изгнать “алых” Маргариту и Генриха VI в Шотландию. Темнота. Только слабый свет факела озарял длинный коридор, по которому шествовало несколько человек. Шпоры на стальных поножах отбивали унылый марш о каменный пол, и звуки металла гулко отдавались под сводами. Панцири и шлемы блистали в темноте, в окружении воинов выделялся дружище дюжего телосложения. Насколько реально было рассудить о крепыше при свете факела, можно сказать о нем так: это мужчина лет 25-ти, достаточно высокий, отлично сложенный и со смолисто-черными волосами, которые ниспадали на железные пластины, защищавшие плечи. Панцирь и перчатки казались окрашенными в синий цвет, наш герой всей душой любил только вино, женщин и ристалища, потому-то при дворе Эдуарда IV его нарекли Синим рыцарем.

Фрагмент 19 (199), май 2000

     Хотя в подвале отсутствовали прохладительные кондиционеры, все продвигались в боевых доспехах. Говорят, некоторые бароны не снимали защитное снаряжение даже на ночь. Время наступило тревожное, всюду рыскали независимые отряды вооруженных сил, постоянно враждовавших между собой. Прошло всего два года, как окончилась Столетняя война Англии и Франции, но многие не захотели сложить оружие, и разгорелась новая бойня, гражданская. Две королевские фамилии – Ланкастеры и Йорки оспаривали корону с попеременным успехом. Над троном появлялся то герб Алой розы, когда верх брали Ланкастеры, то герб Белой розы, когда власти успешнее домогались Йорки. Многие славные рыцари бились на стороне как той, так и другой партии, сея ужас и смерть в рядах неприятеля и доставляя много хлопот простому люду. Ведь крестьянам и ремесленникам плевать: красные или белые их грабят. Одним из таких бойцов и являлся Синий рыцарь. Чтобы предохранить доспехи от жары, он накинул сверху матерчатый плащ с рисунком овцеголового медведя и девизом “Единственный среди всех” – фамильным гербом Синего рыцаря. На тыльной стороне плаща ближе к затылку чья-то заботливая рука пришила Белую розу величиной с ладошку, такой же знак имелся и на левом плече. Эти опознавательные нашивки помогали сразу отличить противника от друга, но рассмотреть “мульки” можно было лишь с расстояния нескольких шагов, что создавало некоторую путаницу на фоне нестабильности в королевстве. Действительно, легко, казалось, перепутать членов одной партии от другой, чем без всякой скромности пользовались многие бароны и даже графы. Потому-то и опасно сегодня покидать родной замок без доспехов.

Фрагмент 20 (200), май 2000

     Неожиданно шедший впереди воин остановился.

     - В чем дело? – послышался хриплый голос Синего рыцаря, его плющило с утра после вчерашнего. Он не считал себя сокером, сок не для рыцаря, ведь еще Христос пивал кровь винограда.

     - Милорд, - обратился главный стражник к человеку с перегаром изо рта, отворяя потайную дверь, - вам сюда.

     Синий рыцарь переступил порог, и запоры за ним с лязгом захлопнулись. Он осмотрелся, помещение напоминало античный подвал времен римских колонистов. Кругом громоздились пивные бочки, пахло мясом и маслом, которое стояло тут же в больших глиняных горшках.

     - Есть кто-нибудь живой, - крикнул Синий рыцарь так, что тяжелые бочки словно подпрыгнули, - или я угодил в ловушку? Да, нечего сказать, Ланкастеры не гнушаются в уловках по обезвреживанию лучших сторонников Белой розы.

     - Тише, - молвил человек в монашеской рясе, выходя из темного угла. – Вы сэр Уайт Баскон?

     - Какое собственно значение имеет мое имя? И кто вы такой, что я обязан давать вам отчет во всем? Пока вы не назоветесь и не расскажите, где я, на ваши вопросы не будет ответов.

     Синий рыцарь заметил, как в темноте промелькнула тень.

     - И не пытайтесь меня запугивать, дружище.

     - О, недаром мне посоветовали воспользоваться именно вашими услугами, - ответил незнакомец. – Вы находитесь в подвале королевского дворца, а я Эдуард IV Йоркский, мое имя что-нибудь вам говорит?

     С этими словами чувак, стоявший напротив сэра Баскона, откинул капюшон рясы. Синий рыцарь встал на одно колено и умоляющим голосом произнес:

     - Простите меня, Ваше Высочество, я не ожидал, не подозревал, но почему такая тайна, такой вид?

     - Ответьте сперва на мой вопрос, вы сэр Уайт Баскон?

     - Да, милорд.

     - Наш разговор будет чрезвычайно важным и секретным. Знаете ли вы о том, что позавчера Лондон покинул большой отряд под предводительством Уила Бирмагена?

     - Да, милорд. Вы возлагали на него надежды, что он пробьется на запад к нашим друзьям и вернется с подмогой.

     - Отряд уничтожен, а подробности спросите у самого сэра Бирмагена.

     Уайт Баскон обернулся и заметил тучного мужчину маленького роста в черных доспехах. На смуглом лице Бирмагена красовался ужасный шрам, который рассек верхнюю губу и доходил до виска. Черный рыцарь с лицом конкретного пацана стыдливо прикрывал рану железной перчаткой.

Фрагмент 21 (201), май 2000

     - Никакому отряду из Лондона не пробиться, в справедливости моих слов смог убедиться сэр Уил Бирмаген вчера, - пояснил король.

     - Безусловно, - подтвердил Черный рыцарь.

     - Помощи от графа Уорвика ждать не приходится. Он со своей дружиной ушел на север, и пока от него нет никаких вестей. Остается послать тайных гонцов в Глостер. Вы отправитесь туда и вернетесь с отрядом лучших воинов, иначе увидите мою голову над Клиффордскими воротами, - закончил Эдуард IV.

     - Мы? – в один голос переспросили два славных рыцаря.

     - Да. И чтобы моя голова не красовалась над башнями Лондона, нужно успеть раздобыть подкрепление, пока ни один камень осадного орудия не упал на барбикен. Я дам вам письмо к моему брату, герцогу Ричарду Глостерскому.

     - Готов служить Вашему Величеству, - сказал Уайт Баскон и поклонился.

     Предложение короля покинуть Лондон очень заинтересовало рыцаря, ведь только вчера с голубиной почтой он получил послание от любовницы из замка Лоули. Баронесса Фекола Гампсли писала, что ее муж, барон Гампсли, нагрузив за забрало десяток бутербродов, с другими Ланкастерами покинул родовое гнездо. Госпожа Гампсли была чужда политики и потому сразу же отправила весточку Баскону, политическому противнику мужа, но прекрасному любовнику. Правда, барон надел на жену пояс целомудрия, подаренный ему отцом, а ключ увез с собой. Пояс вел свою историю со времени крестовых походов, но незадачливые мужья не догадывались, что дубликат ключа передавался женщинам Лоули друг другу со времен тех же походов. Так что железные трусики настоящему рыцарю не помеха.

     - Готов служить Вашему Величеству, - молвил Уил Бирмаген и тоже поклонился.