Выпускной бал (1998 ) - одна из 54х новелл  В. Лазарева - Парголовского , опубликованная СМИ " Красное и Белое " , а также в интернете и в  электронной книге  "Приколы Парголовских Дураков " .Спб , ФиЦ, 2012 .ISBN 978-5-600-00043-8 . 

Новелла № 30 . Выпускной бал .

Фрагмент 37 (137), ноябрь 1998

     Буратино задремал в мягком кресле. Сквозь сон он услышал голос стюардессы:

     - Пристегните, пожалуйста, ремни безопасности, Через несколько минут наш лайнер произведет посадку.

     Лепота. Глаза открывать не хотелось, но пришлось.

     - Острова! – толстый сосед дергал Буратино за локоть и возбужденно тыкал пальцем в окно.

     Под крылом самолета показались контуры большого куска суши. Это был Сан-Кристобаль. Зыко! “Мозаика” Галаппагоса как бы висит на нитке экватора, количество ее “частичек” у разных исследователей разное. Точной карты Галаппагоса не существует, архипелаг вулканического происхождения постоянно меняет свои очертания. Обычно говорят о 14-ти средних, 40-ка маленьких островах, а так же бесчисленном множестве скал и рифов.

     Шесть течений смешиваются здесь, но только два доминируют: холодное Перуанское и теплое Эль-Ниньо. Столкновение, противоборство и конкуренция этих двух могучих океанских потоков и создают неповторимый, уникальный местный климат. На Галапагосах вполне комфортабельно уживаются “теплые” игуаны, гигантские черепахи, розовые фламинго с несвойственными для экватора “холодными” морскими львами, тюленями, альбатросами и пингвинами.

     После посещения Галаппагоса на корабле “Бигль” сэр Чарльз Дарвин сформулировал свои принципы эволюции путем естественного отбора, в которых сам ученый усматривал зародыш абсолютно новой философии. Кто оказался наиболее удачливым и первым побывал в этом фантастически интересном месте? 23 февраля 1535 года испанский епископ – доминиканец Фрай Томас де Берланга отплыл из Панамы в Лиму. Вскоре его посудина попала в полосу мертвого штиля, и течение отнесло ее к неизвестным островам. Заколдованная земля поразила епископа: среди черных скал ползали драконы, на пляжах паслись гигантские черепахи, а в небе кружили непонятные птицы. Когда папаша Берланга, вернувшись до дому до хаты, рассказал о “ящерицах, похожих на дьявола”, о черепахах размером со слона и о колючих грушах, то над ним смеялись. Кто ж ему поверит? Ищи дурака.

Фрагмент 38 (138), ноябрь 1998

     Доказать правоту Берланги взялся Альваро Менданья, но пытаясь разыскать Заколдованную землю, открыл Соломоновы острова. Однако Менданья продолжал верить в Зачарованные острова драконов, которые якобы то появляются, то исчезают в океане.

     Имеют местные достопримечательности и следы пиратской романтики, и легенды о силе духа одиночек. Английские флибустьеры Эмброуз Коули и Джон Кук побывали где-то здесь на пиратском судне “Бэчелорз Делайт” и назвали странное место Галапагосами, островами черепах галапаго. Тут же оставил свои метки и закопал сокровища Генри Морган. Еще один герой Галаппагоса матрос Александр Селкирк, отдыхавший здесь в одиночестве и послуживший Даниэлю Дефо прототипом Робинзона Крузо.

     Отсюда у кусочков Галаппагоса испанские и англо-пиратские имена: Санта-Крус для кого-то Индефатигабл, Сан-Кристобль превращается в Чатем, Фернандина в Нарборо. Сюда вместе с Буратино и лежит наш путь.

     Прозрачная вода лагуны, и в ней на дне пасутся страшилки-игуаны, щиплют траву. Их множество.  Одна из игуан – экзаменатор, но какая? Вдруг Буратино услышал голос ящера и обомлел от страха:

     - Я – Гудвин, Великий и Ужасный! Послушай меня, деревянный мальчик. Ты закончил школу, выучил азбуку, которую тебе подарили, и потому ты пришел ко мне. Я экзаменатор, ты ученик, вот мое напутствие: твоя жизнь – кака, и она никому не нужна. Ты завалишь сегодня экзамен и никогда не поступишь в институт, не станешь студентом, не получишь степухи, у тебя не будет хорошей работы, ты обречен на нищету.

     - Многие годы я слушал эти увещевания и в невежестве своем верил всему, - был ответ. – Это привело меня к печали. Тот, кто учился на 5, тот займет лучшие места в жизни, говорил Ты. Но это не точно, и более я не верю Тебе. Мне нужен золотой ключик.

Фрагмент 39 (139), декабрь 1998

     - Что ж, гуд, - продолжал голос дракона. – Ты упорно искал свое счастье везде, даже когда покуривал в школьном туалете. Ты обошел все земли и моря, теперь ты понял, что величайшее счастье – быть самим собой? Посмотри сюда.

     Буратино увидел какую-то маленькую, скукоженную куклу, которая висела вниз головой на дереве.

     - Что или кто это?

     - Это твое собственное настоящее “Я” и зовут его Пиннокио. Но “Я” нельзя трогать руками и увозить с островов, оно и есть то, что ты зовешь золотым ключиком от счастья.

     Буратино почувствовал себя рабом собственных страхов, но тут же вспомнил, как его напутствовал Сверчок:

     “Буратино, тебя ждут страшные приключения. Счастье можно найти только внутри самого себя, или не найти совсем. Я не могу сделать тебя счастливым, ты сам должен сделаться им. Счастье дать нельзя. Помни, лотос долго растет под водой, прежде чем раскроется его цветок. Если раскрытие бутона должно свершиться, то оно произойдет обязательно и в свое время”.

     - Я хочу знать, почему куклу нельзя забрать с собой? – настойчиво произнес Буратино.

     - Это секрет, но если ты ее приватизируешь, то нарушишь правила игры, а по моим правилам это запрещено.

     Буратино протянул к своему “Я” руки, и оно открыло глаза.

     - Руки прочь от Пиннокио, – возмутился Гудвин. – Паря, а может мальчик хочет в табло? Ты знаешь, чики-чики-та.

     - Нет, Гудвин, он не хочет в табло. Ты знаешь, чики-чики-та.

     Голос Великого и Ужасного завибрировал в гневе, кто-то как будто сморкался солью:

     - Хм, Буратино, ты вытащил счастливый билет. Давай зачетку. Ты думаешь, что моя школа тебе мешала, нет, она тебе пригодилась. Ты ненавидел меня за строгость, но пройдут века, и ты благословишь учителя, потому что я пробудил в тебе то, что поможет на длинном пути. Войти сюда – пол дела, а теперь попробуй вернуться домой. Полдень, уже полдень и мне пора.

Фрагмент 40 (140), декабрь 1998

     Последние слова Гудвина деревянный уже не слышал, он схватил свое “Я” и бежал, сам не зная куда. Что же испытывает человек, достигший мечты? Предоставим слово “тигру снегов” Тенцингу Норгею, который в связке с Хиллари покорил Эверест, высочайшую вершину Мира:

     “Было 11 часов 30 минут утра, сияло солнце, а небо – за всю жизнь я не видел неба синее! Вокруг нас великие Гималаи, занимающие большую часть Непала и Тибета. Чтобы видеть вершины ближайших гор, таких гигантов как Лхоцзе, Нупцзе и Макалу, надо теперь смотреть прямо вниз. Никогда еще я не видел такого зрелища и никогда не увижу больше – дикое, прекрасное и ужасное. Однако я не испытывал ужаса. Джомолунгма была словно наседка, а остальные вершины – цыплята, укрывшиеся под ее крыльями. Мне казалось, что я сам могу раскинуть крылья и прикрыть ими мои любимые горы. В своем рассказе о восхождении Хиллари говорит, что оставил на вершине распятие, если это и было так, то я ничего не заметил. Я получил от него только тряпочную кошечку и положил в снег рядом со своим красно-синим карандашом и сладостями. Прикрывая дары снегом, я произнес про себя молитву и благодарность. Семь раз я ходил на гору своей мечты, а вот на седьмой раз, с божьей помощью, мечта стала явью. Мы пробыли на вершине уже около 15 минут. Пора было уходить”.

     Пробежка Буратино продолжалась, пока над ним не зависла тень самолета “Лебединая песня”. Когда железная стрекоза опустилась наземь, из нее показался известный доктор Пилюлькин, который лечит коротышек от всех болезней. Буратино сразу опознал Пилюлькина, который всегда ходит в белом халате, а на голове носит колпак.

     - Пилюлькин, ты?

     - А ты думал волшебник в голубом вертолете? Кто с тобой?

     - Мальчик, ассистент, – плавно съехал Буратино.

     - Это мальчик? – доктор подозрительно осмотрел Пиннокио. – Ну вы, мужики, блин даете. Сам всю жизнь других лечил, а теперь меня лечат.

     Оказывается, двойник Буратино резко прибавил в размерах и почти догнал по росту нормального коротышку, только казался немного исхудавшим.

      - Встаньте, больной, – обратился к Пиннокио Пилюлькин. – Не нужно пожимать плечами, больной. Покажите язык. Скажите “А”. Дышите, не дышите. Нечего строить гримасы. Все ясно, Вам надо в больницу.

     Через несколько мгновений вертолет поднялся над Галапагосами и скрылся за облаками. А над островами неслась замысловатая песня Пилюлькина:

     Мама это правда, мама это правда, мама я опять живой.

     Ты уже не плачешь, ты уже не плачешь, мама полетим со мной.

     На ковре-вертолете мимо радуги.

     Мы летим, а вы ползете, чудаки, вы чудаки.