Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Циркософия . Глава 11 . Пляска смерти ( 2012 )

Лазарев - Парголовский В. Циркософия .Спб , ФиЦ, 2012 . ISBN 978-5-600-00015-5

В 1513м году Альбрехт Дюрер создал своего знаменитого « Рыцаря , смерть и дьявола » . Вот , трюкач – рыцарь едет по узкой тропинке в замок на скале , где находится Грааль. Его лошадь уже почти наступила на череп его предшественников , а слева притаился Дьявол , а справа Смерть . Рыцарь , словно канатоходец не имеет права оступиться ….

А здесь мы видим Пляску Смерти . Знаменитая троица . Где циркач в костюме смерти берет за руки  царя и церковника  , чтобы увести их в вечность .  Снова можно подметить единство корней  Царство , Цирк , Церковь .

Но весьма странно , что именно фигура церковника больше похожа на карту Таро «  Смерть » ,  фигура царя на карту « Дьявол » , а циркача – на  карту  « Умеренность ».  Циркач , как Граф Монте – Кристо , являет нам и вновь уводит за форганг ( занавес ) своих помощников : церковника – искупителя аббата Бузони  и царя – искусителя лорда Вилмора .

Циркач лишь скромный посредник в этом представлении.

Тема «Пляски Смерти» имеет в европейском искусстве давнюю традицию. «Пляска Смерти» зародилась в средневековых религиозных мистериях около XIV столетия. По мнению такого известного исследователя Средневековья, как Й. Хейзинга, исполнение «Пляски Смерти» предшествовало ее изображению. Изображение «Пляски Смерти» переходит в церковные фрески Франции и Германии, проникает в иллюстрации книг.

Изображение «Плясок Смерти» были помещены, например, на деревянных панелях в галерее при входе на кладбище Невинноубиенных младенцев в Париже. Известны также Базельские «Пляски Смерти» — «большие», а так же «малые» в Клингентале.

«Пляска Смерти» представляла собой первоначально изображение танца, в вихрь которого были вовлечены три мертвеца, чередующиеся в живыми. Причем плясали только мертвецы, живые находились в покорном оцепенении. Это еще не изображение Смерти. Это труп, мертвец, не скелет, а мертвое тело, с втянутым, вспоротым животом. Мертвец, вовлекающий в смертельную пляску все сословия, все слои общества, людей всех возрастов и званий. В «Пляске смерти» происходит как бы встреча не со  Смертью, а с самим собой, но уже мертвым, не с какими-то неизвестными мертвецами, а в одной пляске сливаешься ты сам одновременно живой и уже мертвец. Такое столкновение рождает ужас, ужас прозревания в себе живом смерти. Или жизни, таящей в себе смерть. Но, несмотря на ужас обнаружения смерти в себе живом, сами пляшущие мертвецы вызывают смех. Эту неоднозначность восприятия смерти в Средние века очень четко уловил  Ганс Гольбейн  в своих изображениях «Плясок Смерти».

Совершенно по-иному выглядит Cмерть  в «Плясках Смерти» Альфреда Ретеля, художника XIX столетия, в творчестве которого возрождается «Пляска Смерти». Имеется в виду графическая сюита «Пляска Смерти». Две гравюры на дереве «Смерть-убийца» и «Смерть-друг» стали подлинно народными в Германии, широко вошли в быт.

«Смерть-убийца» — скелет, одетый в одежду монаха, наигрывая на скрипке, входит в зал, где безмятежно танцуют люди. Падают умирающие, оставшиеся в живых, с ужасом оглядываясь на страшную гостью, устремляются в двери.

Еще более серьезен и страшен образ смерти в сюите «Еще одна “Пляска Смерти”», посвященной событиям вооруженной борьбы 1848 года. Здесь смерть торжественно появляется перед народом в длинном плаще, на лошади. Ее появление вызывает радость и надежду. Она взвешивает на весах трубку и корону, передает восставшим меч правосудия, затем держит знамя восстания, бесстрашно возвышаясь на баррикадах. Наконец, довольная, она уезжает на апокалипсическом коне, среди павших, раненых, плачущих. Всевластие, испепеляющая сила Смерти , ее лживость и хитрость ничем не ограничены, ей одной беспредельно подвластна вся земная, конечная жизнь. И уже нет спасительного смеха, он затерялся в глубинах Средневековья и Возрождения.